Зимнее солнцестояние, весеннее равноденствие, 1 или 14 января: как справляли Новый год?

4 января в 16:00

Народный календарь – это сложное культурное явление, формирование и эволюция которого происходили в течение длительного времени. В годовом календаре народов Поволжья учитывалось и сочеталось несколько систем времяисчисления – солнечный и лунный, юлианский и григорианский, а также хозяйственно-фенологический календари. Народный календарь организовывал всю хозяйственную и бытовую деятельность, разграничивал и чередовал будни (как время работы и забот) и праздники (как время свободное от тяжёлого труда; время, наполненное радостью и весельем).
Новый год является своеобразной гранью между прошлым и будущим. Почему зимнее солнцестояние или весеннее равноденствие как точка отсчета нового года у народов Поволжья уступили место другим датам и когда это произошло? Праздновали ли крестьяне новый год вообще и из какого культурного контекста к нам в дома пришла елка? Какое отношение кесаретский поросенок и овечья нога имеют к Новому году? Что такое «магия первого дня» и какие обряды и ритуалы нужно было обязательно сделать, чтобы следующий год прошел благополучно и безопасно?
 

Елена Гущина, этнолог, кандидат исторических наук, и.о. заведующего кафедрой антропологии и этнографии ИМО КФУ

Лунные муравьи в Казани: эпидемия добровольной смерти 1900-х гг.

8 января в 17:00

Одной из главны тем для обсуждения в Российской империи в 1906-1914 гг. была т.н. «эпидемия самоубийств». О ней писали все – ученые, журналисты, литераторы, студенты и священники. Толстой, Гиппиус, Чуковский, Бердяев и Розанов, Горький, Андреев и Сологуб – многие хотели высказаться, а некоторых к этому даже принуждали.

Тексты о добровольной смерти, написанные в то время – это настоящий срез эпохи. В них медицинские метафоры сочетаются с неохристианством, а литературные отсылки с актуальной политикой. И мы постараемся понять, почему одни авторы, говоря о суициде, требовали отметить уроки латинского, а другие – добавить в православие немножко язычества.

Иван Ротов — аспирант кафедры социальной философии КФУ.